Conan Doyle велосипед - Все о велосипедах

Сэр А́ртур Игна́тиус Ко́нан Дойль (англ. Sir Arthur Ignatius Conan Doyle ; 22 мая 1859, Эдинбург, Шотландия — 7 июля 1930, Кроуборо, Суссекс) — шотландский и английский врач и писатель.

Наиболее известны его детективные произведения о Шерлоке Холмсе, приключенческие и научно-фантастические о профессоре Челленджере, юмористические о бригадире Жераре, а также исторические романы («Белый отряд»). Кроме того, он писал пьесы («Ватерлоо», «Ангелы Тьмы», «Огни судьбы», «Пёстрая лента») и стихотворения (сборники баллад «Песни действия» (1898) и «Песни дороги»), автобиографические очерки («Записки Старка Мунро»), бытовые романы («Дуэт, со вступлением хора»), был соавтором-либреттистом оперетты «Джейн Энни» (1893).

Содержание

Настоящая фамилия писателя — Дойл. Конан — его среднее имя, однако в зрелом возрасте он стал использовать это имя как часть фамилии — Конан Дойль. В русских текстах встречаются также варианты написания Конан Дойл (что более соответствует правилам передачи имён собственных при переводе (транскриптивный способ), чем традиционный вариант), а также Конан-Дойль и Конан-Дойл.

Юные годы

Сэр Артур Конан Дойль родился в семье ирландских католиков, известной своими достижениями в искусстве и литературе. Отец Чарльз Алтамонт Дойль, архитектор и художник, в возрасте 22 лет женился на 17-летней Мэри Фоули, страстно любившей книги и обладавшей большим талантом рассказчицы.

От неё Артур унаследовал свой интерес к рыцарским традициям, подвигам и приключениям. «Настоящая любовь к литературе, склонность к сочинительству идёт у меня, я считаю, от матери», — писал Конан Дойль в автобиографии. — «Яркие образы историй, которые рассказывала она мне в раннем детстве, полностью заменили в моей памяти воспоминания о конкретных событиях в моей жизни тех лет». [1]

Семья будущего писателя испытывала серьезные финансовые трудности — исключительно из-за странностей в поведении отца, который не только страдал алкоголизмом, но и обладал крайне неуравновешенной психикой. Школьная жизнь Артура прошла в подготовительной школе Годдера. Когда мальчику исполнилось 9 лет, богатые родственники предложили оплачивать его обучение и направили на следующие семь лет в иезуитский закрытый колледж Стонихерст (графство Ланкашир), откуда будущий писатель вынес ненависть к религиозным и классовым предрассудкам, а также к физическому наказанию. Немногочисленные счастливые моменты тех лет для него были связаны с письмами к матери: с привычкой подробно описывать ей текущие события своей жизни он не расставался всю дальнейшую жизнь. Кроме того, в интернате Дойль с удовольствием занимался спортом, в основном крикетом, а также открыл в себе талант рассказчика, собирая вокруг себя сверстников, которые часами слушали на ходу придумывавшиеся истории. [1]

В 1876 году Артур закончил колледж и вернулся домой: первым делом ему пришлось переписать на свое имя бумаги отца, который к тому времени почти совершенно лишился рассудка. О драматических обстоятельствах заключения Дойля-старшего в психиатрическую лечебницу писатель впоследствии поведал в рассказе The Surgeon of Gaster Fell (1880). [2] Занятиям искусством (к которым предрасполагала его семейная традиция) Дойль предпочел карьеру медика — во многом под влиянием Брайана Ч. Уоллера, молодого врача, которому мать сдавала комнату в доме. Доктор Уоллер получил образование в Эдинбургском университете: туда и направился Артур Дойль для получения дальнейшего образования. В числе будущих писателей, с которыми он здесь познакомился, были Джеймс Барри и Роберт Льюис Стивенсон. [2]

Будучи студентом-третьекурсником, Дойль решился попробовать свои силы на литературном поприще. Его первый рассказ «Тайна Сэсасской долины» (The Mystery of Sasassa Valley), созданный под влиянием Эдгара Алана По и Брета Гарта (его любимых на тот момент авторов), был опубликован университетским журналом Chamber’s Journal, где появились первые работы Томаса Харди. В том же году второй рассказ Дойля «Американская история» (The American Tale) появился в журнале London Society. [2]

В феврале 1880 года Дойль в качестве корабельного врача семь месяцев провёл в арктических водах на борту китобойного судна «Надежда» (Hope), получив за работу в общей сложности 50 фунтов. «Я взошел на борт этого корабля большим неуклюжим юношей, а сошел по трапу сильным взрослым мужчиной», — позже писал он в автобиографии. Впечатления от арктического путешествия легли в основу рассказа «Капитан Полярной звезды» (Captain of the Pole-Star). [3] Два года спустя он провёл аналогичный вояж, к Западному побережью Африки на борту парохода Mayumba, курсировавшего между Ливерпулем и западным побережьем Африки. [4]

Получив в 1881 году университетский диплом и степень бакалавра медицины, Конан Дойль занялся врачебной практикой, сначала совместной (с крайне недобросовестным партнером — этот опыт был описан в «Записках Старка Мунро») [5] , затем индивидуальной, в Плимуте. Наконец, в 1891 году Дойль решил сделать литературу своей основной профессией. В январе 1884 года журнал «Корнхилл» опубликовал рассказ «Сообщение Хебекука Джефсона». В те же дни он познакомился с будущей женой Луизой «Туей» Хокинс; свадьба состоялась 6 августа 1885 года. [6]

В 1884 году Конан Дойль начал работу над «Торговым домом Гердлстон», социально-бытовым романом с криминально-детективным сюжетом (написанном под влиянием Диккенса) про циничных и жестоких негоциантов-стяжателей. Он был опубликован в 1890 году.

В марте 1886 года Конан Дойль начал, и уже в апреле в основном завершил работу над «Этюдом в багровых тонах» (первоначально предполагалось название A Tangled Skein, а двух главных героев звали Шеридан Хоуп и Ормонд Сэкер). Издательство «Уорд, Локк и Ко» купило права на роман за 25 фунтов стерлингов напечатало его в рождественском выпуске (Beeton’s Christmas Annual) 1887 года, предложив отцу писателя Чарльзу Дойлю проиллюстрировать роман. [6]

Год спустя вышел третий (и, возможно, самый странный) роман Дойля «Тайна Клумбера» (The Mystery of Cloomber). История «посмертной жизни» трех мстительных буддистских монахов является первым литературным свидетельством интереса автора к паранормальным явлениям, который впоследствии сделал его убежденным последователем спиритуализма. [7]

Исторический цикл

В феврале 1888 года А. Конан Дойль завершил работу над романом «Мика Кларк», повествовавшем о «мятеже Монмаута» 1685 года, целью которого было свержение короля Якова II. Роман увидел свет в ноябре и был тепло встречен критикой. Начиная с этого момента в творческой жизни Конан Дойля возник конфликт: с одной стороны, публика и издатели требовали новых произведений о Шерлоке Холмсе; с другой — сам писатель всё более стремился получить признание как автор серьезных романов (прежде всего исторических), а также пьес и стихов.

Первым серьезным историческим произведением Конан Дойля считается роман «Белый отряд». В нем автор обратился к критическому этапу в истории феодальной Англии, взяв за основу реальный исторический эпизод 1366 года, когда в Столетней войне наступило затишье и стали возникать «белые отряды» добровольцев и наемников. Продолжая войну на территории Франции, они при этом сыграли решающую роль в борьбе претендентов за испанский престол. Конан Дойль использовал этот эпизод для своей художественной цели: он воскресил быт и нравы того времени, а главное, представил в героическом ореоле рыцарство, к тому времени уже находившееся в упадке. «Белый отряд» печатался в журнале «Корнхилл» (издатель которого, Джеймс Пенн объявил его «лучшим историческим романом после „Айвенго“») [6] , а отдельной книгой вышел в 1891 году. Конан Дойль всегда говорил, что считает его одним из своих лучших произведений. [8]

С некоторым допущением к разряду исторических можно отнести и роман «Родни Стоун» (1896): действие здесь происходит в начале XIX века, упоминаются Наполеон и Нельсон, драматург Шеридан. Первоначально это произведение задумывалось как пьеса с рабочим названием «Дом Темперлей» и писалось под известного в то время британского актера Генри Ирвинга. В ходе работы над романом писатель проштудировал массу научной и исторической литературы («История флота», «История бокса» и т. д.). [8]

Наполеоновским войнам, от Трафальгара до Ватерлоо, Конан Дойль посвятил «Подвиги» и «Приключения» бригадира Жерара. Рождение этого персонажа относится, по-видимому, к 1892 году, когда Джордж Мередит вручил Конан Дойлю трехтомные «Мемуары» Марбо: последний и стал прототипом Жерара. Первый рассказ новой серии, «Медаль бригадира Жерара», писатель впервые прочел со сцены в 1894 году во время поездки по Соединенным Штатам. В декабре того же года рассказ напечатал «Стрэнд мэгэзин», после чего работу над продолжением автор продолжил в Давосе. С апреля по сентябрь 1895 года «Подвиги бригадира Жерара» печатались в «Стрэнде». Здесь же вышли впервые и «Приключения» (август 1902 — май 1903 года). При том, что сюжеты рассказов о Жераре фантастичны, историческая эпоха выписана с большой достоверностью. «Дух и ход этих рассказов замечательны, точность в соблюдении имен и названий сама по себе демонстрирует масштабы затраченного вами труда. Немногие смогли бы отыскать тут какие-либо ошибки. А я, обладая особым нюхом на всякие промахи, так и не нашел ничего за ничтожными исключениями», — писал Дойлю известный британский историк Арчибальд Форбс. [8]

В 1892 году были закончены «франко-канадский» приключенческий роман «Изгнанники», и историческая пьеса «Ватерлоо», главную роль в которой сыграл известный в те годы актер Генри Ирвинг (который приобрел у автора все права).

Шерлок Холмс

«Скандал в Богемии», первый рассказ из серии «Приключения Шерлока Холмса» был напечатан в журнале «Стрэнд» в 1891 году. Прототипом главного героя, ставшего вскоре легендарным сыщиком-консультантом, был Джозеф Белл, профессор Эдинбургского университета, славившийся способностью по мельчайшим деталям угадывать характер и прошлое человека. В течение двух лет Дойль создавал рассказ за рассказом, и в конце концов начал тяготиться собственным персонажем. Его попытка «покончить» с Холмсом в схватке с профессором Мориарти («Последнее дело Холмса», 1893 год) оказалась неудачной: полюбившегося читающей публике героя пришлось «воскресить». Холмсовская эпопея увенчалась романом «Собака Баскервилей» (1900), который относят к классике детективного жанра.

Похождениям Шерлока Холмса посвящены четыре романа: «Этюд в багровых тонах» (1887), «Знак четырех» (1890), «Собака Баскервилей», «Долина Ужаса») и пять сборников рассказов, самые известные из которых — «Приключения Шерлока Холмса» (1892), «Записки о Шерлоке Холмсе» (1894) и «Возвращение Шерлока Холмса» (1905). Современники писателя были склонны приуменьшать величие Холмса, усматривая в нем своего рода гибрид Дюпена (Эдгара Алана По), Лекока (Эмиля Габорио) и Каффа (Уилки Коллинза). В ретроспективе стало ясно, насколько Холмс отличается от предшественников: сочетание необычных качеств подняло его над временем, сделало актуальным во все времена. Необычайная популярность Шерлока Холмса и доктора Уотсона постепенно переросла в отрасль новой мифологии, центром которой по сей день остается квартира на Бейкер-стрит.

1900—1910

В 1900 году Конан Дойль вернулся к медицинской практике: в качестве хирурга военно-полевого госпиталя он отправился на англо-бурскую войну. Выпущенная им в 1902 году книга «Война в Южной Африке» встретила горячее одобрение консервативных кругов, сблизила писателя с правительственными сферами, после чего за ним утвердилось несколько ироническое прозвище «Патриот», которым сам он, впрочем, гордился. В начале века писатель получил дворянское и рыцарское звание и дважды в Эдинбурге принимал участие в местных выборах (оба раза проигрывая).

4 июля 1906 от туберкулеза скончалась Луиза Дойль (от которой писатель имел двоих детей). В 1907 году он женился на Джин Лекки, в которую был тайно влюблен с момента знакомства в 1897 году.

По окончании пост-военных дебатов Конан Дойль развернул широкую публицистическую и (как бы сейчас сказали) правозащитную деятельность. Его внимание привлекло так называемое «дело Эдалджи», в центре которого оказался молодой парс, которого осудили по сфабрикованному обвинению (в причинении увечий лошадям). Конан Дойль, взяв на себя «роль» сыщика-консультанта, досконально разобрался в тонкостях дела и — всего лишь продолжительной серией публикаций в лондонской газете «Дэйли телеграф» (но с привлечением экспертов-криминалистов) доказал невиновность своего подопечного. Начиная с июня 1907 года в Палате Общин стали проходить слушания по делу Эдалджи, в ходе которых обнажилось несовершенство юридической системы, лишенной такого важного инструмента, как апелляционный суд. Последний был создан в Британии — во многом благодаря активности Конан Дойля.

В 1909 году в сферу общественных и политических интересов Конан Дойля вновь попали события в Африке. На этот раз он выступил с разоблачение жестокой колониальной политики Бельгии в Конго и подверг критике британскую позицию в этом вопросе. Письма Конан Дойля в «Таймс» на эту тему произвели эффект разорвавшейся бомбы. Книга «Преступления в Конго» (1909) имела столь же мощный резонанс: многие политики именно благодаря ей вынуждены были заинтересоваться проблемой. Конан Дойля поддержали Джозеф Конрад и Марк Твен. Но недавний единомышленник Редьярд Киплинг встретил книгу сдержанно, заметив, что она, критикуя Бельгию, косвенно подрывает и британские позиции в колониях.

Отношения с собратьями по перу

В литературе для Конан Дойля было несколько несомненных авторитетов: в первую очередь — Вальтер Скотт, на книгах которого он вырос, а также Джордж Мередит, Майн Рид, Р. М. Баллантайн и Р. Л. Стивенсон. Встреча с уже престарелым Мередитом в Бокс-Хилле произвела на начинающего писателя гнетущее впечатление: он отметил для себя, что мэтр пренебрежительно отзывается о современниках и в восторге от себя самого. Со Стивенсоном Конан Дойль лишь переписывался, но смерть его воспринял тяжело, как личную утрату. [6]

В начале 90-х годов у Конан Дойля установились приятельские отношения с руководителями и сотрудниками журнала «Айдлер»: Джеромом К. Джеромом, Робертом Барром и Джеймсом М. Барри. Последний, пробудив в писателе страсть к театру, привлек его к (не слишком плодотворному в конечном итоге) сотрудничеству на драматургическом поприще.

В 1893 году сестра Дойля Констанция вышла замуж за Эрнста Уильяма Хорнунга. Сделавшись родственниками, писатели поддерживали приятельские отношения, хоть и не всегда сходились во взглядах. Главный герой Хорнунга, «благородный взломщик» Раффлз очень напоминал пародию на «благородного сыщика» Холмса.

А. Конан Дойль высоко оценивал и произведения Киплинга, в котором, кроме того, видел политического союзника (оба были яростными патриотами). В 1895 году он поддержал Киплинга в спорах с американскими оппонентами и был приглашен в Вермонт, где тот жил с женой-американкой. Позже (после критических публикаций Дойля о политике Англии в Африке) отношения между двумя писателями стали прохладнее.

Натянутыми были отношения Дойля с Бернардом Шоу. Есть основания считать, что выпады первого в адрес (малоизвестного сейчас автора) Холла Кейна, злоупотреблявшего саморекламой, ирландский драматург принял на свой счет. [6] В 1911 году Конан Дойль и Шоу вступили в публичную перебранку на страницах газет: первый защищал команду «Титаника», второй всячески порицал поведение офицеров затонувшего лайнера.

Конан Дойль был знаком с Гербертом Уэллсом и внешне поддерживал с ним хорошие отношения, однако внутренне считал его антиподом. Обострялся конфликт тем фактом, что если Уэллс входил в элиту «серьезной» британской литературы, то Конан Дойля считали, пусть и талантливым, но — производителем развлекательного чтения для подростков, с чем сам он был категорически не согласен. Конфронтация приобрела открытые формы в публичной дискуссии на страницах «Дэйли Мэйл». В ответ на большую статью Уэллса по поводу рабочих волнений 20 июня 1912 года Конан Дойль выступил с аргументированным выпадом («Волнения рабочих. Ответ мистеру Уэллсу»), показав губительность любой революционной деятельности для Британии.

Господин Уэллс производит впечатление человека, который во время прогулки по саду может заявить: «Мне не нравится это фруктовое дерево. Плодоносит не лучшим образом, не блещет совершенством форм. Давайте-ка его срубим и попробуем вырастить на этом месте другое дерево, получше». Того ли ждет британский народ от своего гения? Куда естественнее было бы услышать от него: «Мне не нравится это дерево. Давайте попробуем улучшить его жизнеспособность, не нанеся повреждений стволу. Может быть, удастся заставить его расти и плодоносить так, как нам того бы хотелось. Но не будем уничтожать его, ведь тогда все прошлые труды пропадут даром, и неизвестно еще, что мы получим в будущем». [9]

Конан Дойль в своей статье призывает народ выразить свой протест демократическим путем, в ходе выборов, замечая, что трудности испытывает не только пролетариат, но и интеллигенция со средним классом, к которым Уэллс не испытывает симпатии. Соглашаясь с Уэллсом в вопросах необходимости земельной реформы (и поддерживая даже создание ферм на местах заброшенных парков), Дойль отвергает его ненависть к правящему классу и заключает:

Наш рабочий знает: он, как и любой другой гражданин, живет в соответствии с определенными общественными законами, и не в его интересах подрывать благосостояние своего государства, подпиливая ветвь, на которой он сам сидит. [9] .

1910—1913

В 1912 году Конан Дойль опубликовал научно-фантастическую повесть «Затерянный мир» (впоследствии не раз экранизировавшуюся), за которой последовал «Отравленный пояс» (1913). Главным героем обоих произведений стал профессор Челленджер, ученый-фанатик, наделенный гротескными качествами, но при этом по-своему человечный и обаятельный. Тогда же появилась и последняя детективная повесть «Долина Ужаса». Это произведение, которое многие критики склонны недооценивать, биограф Дойля Дж. Д. Карр считает одним из его сильнейших.

«Затерянный мир», хоть и имел шумный успех, не был воспринят современниками как серьезное научно-фантастическое произведение, несмотря на то, что автор описал реальное место: горы Рикардо Франко-Хиллс, расположенные на границе Боливии и Бразилии. Визит сюда совершила экспедиция полковника Фоссетта: после встречи с ним у Конан Дойля и родился замысел повести. История, рассказанная в романе «Отравленный пояс», показалась всем еще менее «научной». В основе её — гипотеза о том, что универсальной космической средой является некий эфир, пронизывающий пространство. Гипотеза была поначалу развенчана, однако впоследствии претерпела второе рождение — как в научной фантастике (А. Азимов, «Космические течения»), так и в науке («эхо Большого взрыва»).

Основными темами публицистики Конан Дойля в 1911—1913 годы были: неудача Британии на Олимпийских играх 1912 года, автопробег Принца Генри в Германии, строительство спортивных сооружений и подготовка к Олимпийским играм 1916 года в Берлине (так и не состоявшимся). Кроме того, чувствуя приближение войны, Конан Дойль в своих газетных выступлениях призывал возродить поселения йоменов, которые могли бы стать основной силой новых мотоциклетных войск («Дэйли экспресс» 1910: «Йомены будущего»). Занимала его также проблема срочной переподготовки британской кавалерии. В 1911—1913 годах писатель активно высказывался в пользу введения гомруля в Ирландии, в ходе дискуссии не раз формулируя свое «империалистическое» кредо. [9] .

1914—1918

Начало Первой мировой войны полностью перевернуло жизнь Конан Дойля. Сначала он записался добровольцем на фронт, будучи уверенным, что его миссия состоит в том, чтобы подавать личный пример героизма и служения родине. После того, как это предложение было отклонено, он посвятил себя публицистической деятельности.

Начиная с 8 августа 1914 года в лондонской «Таймс» появляются письма Дойля на военную тему. Первым делом он предложил создать массовый боевой резерв и создание отрядов гражданского населения для несения «службы по охране железнодорожных станций и жизненно важных объектов, помогать в возведении фортификаций и выполнять многие другие боевые задачи». У себя в Кроуборо (графство Сассекс), Дойль собственноручно занялся организацией подобных отрядов и в первый же день поставил под ружье 200 человек. Затем он расширил сферу своей практической деятельности до Истбурна, Ротерфорда, Бакстеда. Писатель вошел в контакт с Ассоциацией по подготовке добровольческих подразделений (председатель — лорд Денсборо), пообещав создать гигантскую объединеннную армию численностью в полмиллиона волонтеров. В числе предложенных им ношеств, были — установление на борту кораблей противоминных трезубцев («Таймс», 8 сентября 1914 года), создание индивидуальных спасательных поясов для матросов («Дэйли Мэйл», 29 сентября 1914 года), использование индивидуальных бронированных защитных средств («Таймс», 27 июля 1915 года). В серии статей «Германская политика: ставка на убийство», помещенных в «Дэйли кроникл»), Дойль с присущей ему страстностью и силой убеждения обрисовал злодеяния германской армии в воздухе, на море и на оккупированных территориях Франции и Бельгии. Отвечая американскому оппоненту (некоему м-ру Беннету) Дойль пишет:

Да, наши летчики бомбили Дюссельдорф (равно как и Фридрихсхафен), но каждый раз атаковали заранее намеченные стратегические цели (авиационные ангары), коим нанесли, как было признано, весомый урон. Даже враг в своих сводках не попытался обвинить нас в неразборчивом бомбометании. Между тем, приняв на вооружение германскую тактику, мы бы легко забросали бомбами многолюдные улицы Кёльна и Франкфурта, также открытые для ударов с воздуха. — «Нью-Йорк Таймс», 6 февраля 1915 года. [9]

Еще более ожесточается Дойль, когда ему становится известно о пытках, которым английские военнопленные подвергались в Германии.

…Трудно выработать линию поведения в отношении краснокожих индейцев европейского происхождения, которые подвергают пыткам военнопленных. Ясно, что сами мы не можем подобным же образом истязать немцев, находящихся в нашем распоряжении. С другой стороны, бессмысленны и призывы к добросердечию, ибо средний немец имеет то же понятие о благородстве, что корова — о математике… Он искренне неспособен понять, например, что заставляет нас с теплотой отзываться о фон Мюллере из Веддингена и других наших врагах, пытающихся хотя бы в какой-то мере сохранить человеческое лицо… . «Таймс», 13 апреля 1915 года. [9]

Вскоре Дойль призывает к организации с территории восточной Франции «рейдов возмездия» и вступает в дискуссию с епископом Винчестерским (суть позиции которого состоит в том, что «осуждению подлежит не грешник, но грех его»):

Пусть грех ляжет на тех, кто вынуждает нас согрешить. Если мы будем вести эту войну, руководствуясь Христовыми заповедями, толку не будет. Подставь мы, следуя известной рекомендации, вырванной из контекста, «вторую щеку», империя Гогенцоллернов уже распростерлась бы по Европе, и вместо Христова учения здесь проповедовали бы ницшеанство. — «Таймс», 31 декабря 1917 года, «О пользе ненависти». [9]

В 1916 году Конан Дойль проехал по боевым позициям британских войск и посетил армии союзников. Результатом поездки явилась книга «На трех фронтах» (1916). Понимая, что официальные сводки значительно приукрашивают реальное положение дел, он, тем не менее, воздерживался от всякой критики, считая своим долгом поддерживать боевой дух солдат. В 1916 году начала выходить его работа «История действий английских войск во Франции и Фландрии». К 1920 году были изданы все 6 ее томов.

Брат, сын и два племянника Дойля ушли на фронт и там погибли. Это явилось сильнейшим потрясением для писателя и наложило тяжелую печать на всю его дальнейшую литературную, публицистическую и общественную деятельность.

1918—1930

На исходе войны, как принято считать, под воздействием потрясений, связанных с гибелью близких людей, Конан Дойль стал активным проповедником спиритуализма, которым интересовался еще с 80-х годов XIX века. В числе книг, сформировавших его новое мировоззрение, была «Человеческая личность и ее дальнейшая жизнь после телесной смерти» Г. Ф. Майерса. Основными работами К. Дойля на эту тему считаются «Новое Откровение» (1918), где он рассказал об истории эволюции своих взглядов на вопрос о посмертном существовании личности, и роман «Страна туманов» («The Land of Mist», 1926). Итогом его многолетних исследований «психического» феномена явился фундаментальный труд «История спиритуализма» («The History of Spiritualism», 1926).

Конан Дойль опровергал утверждения о том, что интерес к спиритуализму у него возник лишь на исходе войны:

Многие люди не сталкивались со Спиритизмом и даже ничего не слышали о нём до 1914 года, когда во многие дома постучался ангел смерти. Противники Спиритизма полагают, что именно потрясшие наш мир социальные катаклизмы вызвали такой повышенный интерес к психическим исследованиям. Эти беспринципные оппоненты заявили, что отстаивание автором позиций Спиритизма и защита Учения его другом сэром Оливером Лоджем объясняются тем, что оба они потеряли сыновей, погибших на войне 1914 года. Из этого следовал вывод: горе помрачило их рассудок, и они поверили в то, во что никогда бы не поверили в мирное время. Автор много раз опровергал эту беспардонную ложь и подчёркивал тот факт, что его исследования начались в 1886 году, задолго до начала войны. — («История спиритизма», глава 23, «Спиритизм и война») [10]

К числу наиболее спорных работ Конан Дойля начала 20-х годов относится книга «Явление фей» (The Coming of the Fairies, 1921), в которой он попытался доказать истинность фотографий фей из Коттингли и выдвинул собственные теории относительно природы этого феномена.

В 1924 году вышла автобиографическая книга Конан Дойля «Воспоминания и приключения». Последним крупным произведением писателя стала научно-фантастическая повесть «Маракотова бездна» (1929).

Семейная жизнь

В 1885 году Конан Дойль женился на Луизе «Туйе» Хокинс; она долгие годы страдала туберкулёзом и скончалась в 1906 году. В 1907 году Дойль женился на Джин Лекки, в которую был тайно влюблен с момента знакомства в 1897 году. Дойль имел пять детей: двое — от первой жены — Мэри и Кингсли, и трое — от второй — Джин Лена Анетт, Денис Перси Стюарт (17 марта 1909 года — 9 марта 1955 года; в 1936 году он стал мужем грузинской княгини Нины Мдивани) и Адриан.

Родственником Конан Дойля в 1893 году стал известный писатель начала XX века Вилли Хорнунг: он женился на его сестре, Конни (Констанции) Дойль.

Адриан Конан Дойль — автор биографии своего отца «Истинный Конан Дойль» — писал: «Уже сама атмосфера дома дышала рыцарским духом. Конан Дойль научился разбираться в гербах много раньше, чем познакомился с латинским спряжением».

Последние годы

Всю вторую половину 20-х годов писатель провел в путешествиях, побывав на всех континентах, не прекращая активной публицистической деятельности. Заехав в Англию лишь ненадолго в 1929 году, чтобы отпраздновать 70-летний юбилей, Дойль отправился в Скандинавию всё с той же целью — проповедовать «…возрождение религии и того непосредственного, практического спиритизма, который есть единственное противоядие от научного материализма». [6] Эта последняя поездка подорвала его здоровье: весну следующего года он провел в постели в окружении близких. В какой-то момент наступило улучшение: писатель немедленно отправился в Лондон, чтобы в беседе с министром внутренних дел потребовать отмены законов, преследовавших медиумов. Это усилие оказалось последним: ранним утром 7 июля 1930 года в своём доме в Кроуборо (Сассекс) Конан Дойль умер от сердечного приступа. Он был похоронен неподалеку от своего садового домика. На надгробной плите по просьбе вдовы были выгравированы лишь имя писателя, дата рождения и четыре слова: Steel True, Blade Straight («Верен как сталь, прям как клинок»). [6]

Арктические приключения Конан Дойла: как автор « Шерлока Холмса» охотился на китов

Жизнь Артура Конан Дойла сложно назвать скучной. Плавание к африканским берегам, участие в англо-бурской в качестве полевого врача, книги, путешествия… Но первым и во многом сформировавшим его « приключением» стала китобойная экспедиция в Арктику весной-летом 1880 года. О том, как будущий литератор охотился на китов и дрался в портовых кабаках, — в нашем материале.

Предложение, от которого невозможно отказаться

В феврале 1880 года Конан Дойл отправился в Арктику. В экспедицию 20-летний медик, обучавшийся в « великий британский изобретатель». Мы расскажем о великих сынах Шотландии, без которых Англия — да и весь мир — не обошлись бы.
‘ title=>Эдинбургском университете, попал едва ли не случайно. Всё началось с визита такого же студента, которого уже почти взяли судовым врачом на китобойное судно. Но затем что-то пошло не так, и теперь юный медик искал себе замену.

Предложение было двояким. С одной стороны, для путешествия требовалось отложить учёбу. С другой, экспедиция сулила хорошие деньги. Артур в них нуждался, поэтому, недолго думая, сказал « да».

Судно и команда

Конан Дойлу предстояло идти в плавание на китобойном судне « Надежда». Парусник принадлежал Греям — старой династии питерхедских китобоев, и имел укреплённый корпус, дублирующую паровую машину, опытного капитана Джона Грея и команду из 56 человек. Словом, было всё, что нужно для похода в суровые арктические края.

Дойлу удалось завоевать уважение бывалых моряков. Отчасти за боксёрские навыки, а отчасти за то, что он не отсиживался на борту, а принимал активнейшее участие в охоте на китов, тюленей, медведей и арктических птиц.

Будущему автору « Шерлока Холмса» даже удалось поучаствовать в кабацкой драке на Шетландских островах, где « Надежда» набирала людей.

Мало того, на следующий день капитан отправил в тот же трактир нечто вроде штурмовой группы — боксёра Конан Дойла с самыми крепкими матросами, чтобы проверить, не найдётся ли ещё желающих помахать кулаками.

Что же до врачебных обязанностей, то их Артур, пожалуй, исполнял реже всего — поводов было не так много. Обработка ран после той же кабацкой драки, удаление зубов, желудочные расстройства — в общем, ничего серьёзного. За одним исключением: 11 апреля на руках у Дойла в мучениях умер первый пациент — уже немолодой матрос, поймавший заворот кишок. Вины доктора тут нет — в XIX веке в почти что полевых условиях Артур ничего не мог сделать.

Химическое оружие

Зато арктическая охота представляла целое поле для научных экспериментов. Больше всего, конечно, были интересны попытки изобрести что-то, упрощающие процесс самой охоты.

Капитан, например, рассказывал Дойлу, как попытался использовать яд в китобойном деле. Он лично « Миленькие штучки»: лучшие описания стволов в литературе’ data-src=/system/images/000/206/819/teaser/01381384d48ca67811b253012e766761a080758f.jpg?1579251686 data-lead=’Из чего стреляли герои Джека Лондона и Артура Конан Дойла? С чем охотился афганский горец и какое оружие предлагали Незнайке? Лучшие книжные описания стрелкового оружия — в нашей статье.
‘ title=>выстрелил по киту гарпуном с привязанной склянкой синильной кислоты. Но попадание яда только вывело жителя северных морей из себя — истерика чуть было не стоила жизни Джону Грею и всем, кто с ним находился. В итоге кит оборвал трос и уплыл с огромной для себя скоростью, после чего, вероятно, отдал концы где-то далеко.

Сам Артур, впрочем, не отставал — он пропитывал хлеб разными ядами и кормил им буревестников, чтобы посмотреть, какой сдохнет быстрее. К его разочарованию, ни один так и не помер — видимо, Дойл что-то делал не так.

Промысел

Основными статьями дохода китобоев были тюлени и, конечно же, киты.

С первыми всё было сравнительно просто. Требовалось найти стойбище побольше, дождаться заветного 3 апреля — дня, с которого их можно было добывать, — и бить ластоногих. Взрослым особям полагалась пуля, неопасным детёнышам — дубинка. Главную трудность составляло дотащить тяжеленную добычу ( освежёванную шкуру с налипшим жиром) до корабля.

Особенно опасно было перепрыгивать с льдины на льдину. В плохую погоду лёд активно двигался туда-сюда, и свалившийся в море промысловик мог легко быть разрезан или раздавлен — в зависимости от размера ледяных глыбин.

Но, даже успешно выбравшись из воды, следовало немедленно бежать на корабль. Мокрая одежда в арктических условиях скоро намертво примерзала к телу, а её обладателя ждали унылые дни постельного режима. Если вообще не серьёзная болезнь и похороны тут же, в северных морях.

Что до охоты на китов, здесь требовалась командная работа. Обнаружить кита, быстро спустить готовые к бою ботики, попасть гарпуном, дождаться, пока нырнёт, и подловить на выныривании, добив морского гиганта верным выстрелом. Всё это было сложнее, чем кажется. Поэтому у замеченного китобоями млекопитающего были весьма неплохие шансы уйти живым — где-то 20 к одному.

Оно того стоило

« Надежда» вернулась в Питерхед 11 августа 1880-го. Добыча была так себе — два кита, 3600 тюленей, пять белых медведей, два нарвала, ну и так, по мелочи. В следующем году улов будет гораздо солиднее — одних только китов возьмут девять штук. А ведь каждый будет стоить в среднем по 1500-3000 фунтов — огромные деньги.

Конан Дойлу, впрочем, хватило денег и при « посредственном» результате. « Оклад» корабельного врача составлял лишь два фунта 10 шиллингов. Зато вместе с « премиальной» частью, завязанной на процент от добытого, кошелёк Дойла потолстел аж на 50 фунтов стерлингов — очень солидно.

Его рвение и отсутствие страха перед суровой работой промысловика не прошли даром. Капитан предложил ему контракт на следующий сезон, уже за двойную плату — в качестве не только врача, но и гарпунщика. Но Дойл всё же решил окончить учёбу — хотя в итоге задвинул медицину в дальний угол и занялся « Смертный рейд»: Артур Конан Дойл против германского флота’ data-src=/system/images/000/205/966/teaser/a37b53438fe54c11aa8d73b77f406292c4d8cf21.jpg?1579251491 data-lead=’Что, если бы Первая мировая закончилась немного иначе? Создатель Шерлока Холмса нашел неожиданный вариант — германский флот идёт на смерть. Но зачем?
‘ title=>литераторством. А время от времени он нет-нет да и пускался в какое-нибудь приключение.

Cannondale Topstone Carbon – подвеска Kingpin 30 мм, широкие шины и уйма креплений

Cannondale представили новый гравийно-туринговый велосипед Topstone Carbon с новой системой подвески Kingpin с ходом 30мм, для «плавного и уверенного» движения, с возможностью установки широких покрышек и дополнительными точками крепления бутылок, багажников и брызговиков.

Карбоновая рама и вилка
Подвеска Kingpin
Ход подвески 30 мм
Максимальный размер покрышек 700×42 мм — 650×48 мм
SpeedRelease 12 мм оси
Дополнительные крепления для бутылок, багажников и брызговиков
SAVE вынос интегрированный в руль (на топовых моделях)
Совместимость с телескопическим подседельным штырем
Внутренняя проводка тросов.
Цены: от 2664 до 6092 долларов США

Выпущенный в прошлом году Topstone – алюминиевый гравийно-туринговый велосипед, был назван в честь грунтовой дороги, недалеко от офиса компании в Коннектикуте, США. В линейке производителя он был возле Slate 650b, внедорожного байка с легендарной вилкой Lefty. Однако там, где Slate поражал многих, Topstone выглядел скромнее в угоду доступности, универсальности, но оставался пригодным для поездок по дорогам с разным покрытием.

Новый Topstone Carbon имеет много общего со Slate 650b, и всё же есть некоторые радикальные изменения, отличающие его не только от этого велосипеда, но и от большинства других в этой нише. В своём новом Topstone Carbon компания Cannondale реализует привлекательный образ внедорожного и гравийного велосипеда способного покорять как гладкие асфальтированные, так и грунтовые дороги.

«Topstone Carbon это квинтэссенция нашего опыта в создании быстрых гоночных велосипедов, комфортабельных endurance велосипедов, сверхлегких двухподвесов в уникальную машину, разработанную для максимального удовольствия за пределами возможностей большинства гравийных велосипедов или максимального комфорта в обычных условиях», — говорят в Cannondale.

Подвеска Kingpin

Больше всего внимания привлекает новая подвеска Kingpin. Cannondale дали такое название упругим элементам рамы представляющим из себя шарнирное соединение, посредством сквозной оси, между верхними перьями заднего треугольника и подседельной трубой. Подседельной труба, в свою очередь, ниже точки соединения имеет меньшее сечение профиля, что и обеспечивает ход подвески до 30 мм.

Работает система так же, как и рессорная подвеска на автомобилях. Ключевым элементом является ось вращающаяся на двух герметичных картриджных подшипниках и разделяющая подседельную трубу на две части. Неровности дороги воздействуют на задний треугольник и позволяют подседельной трубе изгибаться вперед больше, чем при фиксированном креплении перьев.

Cannondale утверждает, что такая дополнительная мера, в сочетании с усиленным карбоновым подседельным штырём SAVE, обеспечивает не только повышенный комфорт в седле, но и дополнительное сцепление на неровных и рыхлых поверхностях. В компании считают, что это эквивалентно увеличению диаметра покрышки на 9 мм.

В новой подвеске нет ни регулировок, ни ограничений по весу райдера. Подшипники действительно усложняют конструкцию, но не так как линки и амортизатор горного двухподвеса. Cannondale использовала стандартные подшипники применяемые в двухподвесных велосипедах и тщательно их протестировала, а тесты показали, что они легко прослужат не менее года, прежде чем потребуют обслуживания и замены.

Шарнир и подшипники добавляют около 100-150 г, приближая вес рамы к 1100 г, что обеспечивает конкурентоспособный вес в нише карбоновых гравийных велосипедов.

Рама Topstone оборудована подвеской Kingpin без ущерба для жесткости конструкции и вращению педалей. Ось подвески жестко фиксирует перья заднего треугольника для предотвращения паразитного смещения под нагрузкой. Cannondale также позаботились об усилении жесткости рамы с помощью массивной нижней трубы переднего треугольника, конусным стаканом вилки и использовали press-fit каретку стандарта BB30. Впрочем, вы же не думали, что в Cannondale будут использовать что-то другое?

Cannondale предпочли не сочетать заднюю подвеску Kingpin с какой-либо передней, проигнорировав некоторые ожидания возрождения культового Headshox из 90-х или обновленного Lefty, как мы видели на Slate несколько лет назад, или использования наработок Lefty Ocho. Кроме прочего, инженер Cannondale Дариус Шекари сообщает, что они максимально увеличили зазор между колесом и короной вилки, чтобы обеспечить хорошую устойчивость передней части велосипеда.

Proportional Response геометрия

Proportional Response — так окрестили в компании Cannondale дизайн рамы, целью которого является обеспечение одинаковых впечатлений от катания у любого райдера независимо от размера рамы.

Форма труб и толщина углеродного слоя варьируются от размера к размеру ради обеспечения необходимой жесткости для гонщиков с разной комплекцией и ростом. Более всего это проявляется в подседельной трубе, чьи параметры существенно отличаются в разных ростовках.

Cannondale имеет строго определенный stack и reach, которые изменяются во всём диапазоне их дорожных велосипедов; от агрессивной посадки на аэродинамическом SystemSix, до более непринужденной на Topstone и Synapse, которые имеют очень похожие значения. SuperSix Evo располагается между этих двух крайностей.

Topstone Carbon применяет Endurance Fit от компании Cannondale. Она позволяет сохранять посадку достаточно вертикальной для комфортной езды на длинные дистанции и при этом достаточно низкой для гравийных гонщиков, которые хотят “вкручивать” в аэродинамической позе. Всё то же самое, что и у алюминиевого Topstone, а stack и reach похожи на Synapse. Есть пять размеров от XS до XL, вот таблица геометрий:

В настоящее время существует много разногласий по поводу геометрии гравийных велосипедов. С одной стороны, некоторые бренды черпают вдохновение в горных велосипедах с очень длинными верхними трубами и короткими выносами, в то время как другие бренды тяготеют к cyclocross или endurance велосипедам. Что правильно, а что нет, зависит от того, какой ты гонщик и как тебе нравится ездить, тут нет верного или неверного решения.

Элементы рамы

Новый Cannondale Topstone доступен только из углеродного волокна компании BallisTec Carbon, с общей рамой для всей линейки. Наряду с размерно-ориентированными трубами осуществлена внутренняя прокладка тросов, совместимость с 27.2мм телескопическим подседелом, кареткой BB30-83 Ai, и внутренним зажимом подседела таким же, как на Synapse.

Естественно, применяются только дисковые тормоза с 12-мм осями Speed Release.

Speed Release — это “умная” сквозная ось, разработанная Mavic несколько лет назад. Она совместила в себе преимущества обычной сквозной оси, но значительно упрощает и ускоряет смену колес, так как ось остается в колесе при снятии с велосипеда.

Прошло несколько лет с тех пор, как французская компания впервые представила эту технологию, но, возможно, сейчас мы увидим, как еще несколько велосипедных производителей будут её применять.

Есть много креплений по всей раме и вилке. Доступна возможность оборудовать велосипед крыльями, использовать съемный багажник на подседельный штырь, добавить третью бутылку с водой, установить сумку на верхней трубе и даже смонтировать корзину на вилку. Здесь есть все, что нужно для путешествий.

Интеграция

Помните руль HollowGram SAVE, который впервые был замечен в последнем Synapse, но незаметно исчез? Что ж, он вернулся и является ключевой особенностью топового велосипеда Topstone Carbon Force eTap AXS.

Это карбоновый аэродинамический руль, имеющий крепление для компьютера, с интегрированным выносом, который обеспечивает легкую регулировку угла наклона руля, а также возможность изменений геометрии рамы при помощи выносов различной длины и ширины руля. Плоская верхняя часть выноса предназначена для лучшей совместимости с рулём.

В велосипедах с характеристиками поскромнее будет использоваться новый руль из баттированного алюминия с наклоном в 16 градусов и алюминиевым выносом.

Есть контакт!

Topstone Carbon — новейший велосипед компании, в колёса которого интегрирован датчик, разработанный совместно Garmin и Cannondale App, впервые представленный на городском велосипеде Treadwell несколько месяцев назад.

Небольшой датчик, встроенный в колесо, автоматически регистрирует скорость, расстояние и время; 900-часовой памяти достаточно для 30 дней катания, а встроенного аккумулятора хватает на год. Датчик подключается к приложению Cannondale, где вас ждет множество возможностей, от обмена информацией о поездке до получения личных напоминаний о здоровье, регистрации гарантии, напоминаний об обслуживании и настройке велосипеда, а также о многом другом. Он также может подключаться к другим датчикам и работать в паре с Garmin или другими компьютерами.

Чего он не делает, так это записи местоположений, но несмотря на это его можно использовать и без смартфона. В компании Cannondale считают, что это всё про добавление ценности к опыту владения, про расширение своего внимания не только на велосипед, но и на весь опыт владения велосипедом, про повышение результатов гонщиков и улучшение велосипедов.

Варианты комплектаций

В линейке Topstone Carbon будет пять моделей по цене от 2660 до 6096 долларов США. Топовая модель комплектуется груп-сетом SRAM Force eTap AXS в конфигурации 2×12 с кассетой 10/33 и передними звёздами 46/33.

Колеса — новые Hollowgram 22 от Cannondale с ободом глубиной 22 мм и внутренней шириной 25 мм, с установленными бескамерными шинами WTB Riddler 37 мм. Вышеупомянутый руль HollowGram SAVE и седло Fabric Scoop Shallow Race с титановыми рельсами завершают сборку.

Далее представлен Topstone Carbon Ultegra RX (4444 долларов США), в котором используется задний переключатель Shimano Ultegra RX с такими же манетками переключения передач и гидравлическими тормозами, а также новая система шатунов HollowGram SI от Cannondale с 46/30 звёздами в паре с кассетой 11-34 т. Также используются новые колеса из углеродного волокна Hollowgram 22 с покрышками WTB Riddler 37 мм.

В новой линейке присутствует и женский вариант Topstone Carbon Ultegra RX (3428 долларов США), который выпускается в трех размерах — XS, S, M — и использует различные параметры для подгонки посадки. Он также оснащён колесами Hollowgram 22 на ободах WTB KOM Light втулках Formula и с теми же покрышками Riddler.

В Topstone Carbon Ultegra RX 2 (3428 долларов США) укомплектован груп-сетом Shimano Ultegra RX с ободами WTB KOM Light и шатунами Cannondale со звёздами FSA 46 / 30.

Завершает модельный ряд Topstone Carbon 105 (3428 долларов США) укомплектованый группой Shimano 105, гидравлическими тормозами, ободами WTB ST i23, шинами WTB Riddler 37 мм, седлом Fabric Scoop Shallow Sport, а также выбор из двух цветовых схем покраски увеличивают выбор.

По местам Конан Дойля

Артур Игнатиус Конан Дойл родился 22 мая 1859 года в столице Шотландии городе Эдинбурге на Пикарди-плейс. Его отец Чарльз Алтамонт Дойл, художник и архитектор, женился в возрасте двадцати двух лет на Мэри Фоли, девушке семнадцати лет. Мэри имела страсть к книгам и была отличным рассказчиком в семье. Отец Артура страдал алкоголизмом. По словам своего сына, он был очень талантливым художником. В семье было семь детей: Аннет, Конни, Лотти, Ида, Иннес, Додо и, собственно, Артур.

Два года Артур провел в приготовительной школе Годдера. «В возрасте от семи до девяти лет, — писал он потом, — я страдал под властью рябого одноглазого мерзавца, который будто бы сошел со страниц Диккенса. Он калечил наши юные жизни».

2 Иезуитский закрытый колледж Стонихерст (графство Ланкашир)

После того, как Артур достиг девяти лет, богатые члены семейства Дойл предложили оплачивать его обучение. С 1868 по 1876 годы Конан Дойл провел в иезуитском колледже Стонихерст в графстве Ланкашир. Там преподавали семь предметов: азбуку, счет, основные правила, грамматику, синтаксис, поэзию, риторику. Питание там было скудным, а телесные наказания — суровыми.

Со школьных лет в Конан Дойле буквально «заговорил» рассказчик. Услышанное от матери, прочитанное, игра пробудившегося воображения — все это просилось наружу, и он занимал устными повествованиями своих товарищей. «Подношения в виде сладостей побуждали меня творить дальше, — вспоминал Конан Дойл, — и я всегда деловито уславливался относительно кексов, что показывало, насколько я был от рождения предназначен стать членом Общества литераторов. Иногда меня настигал упадок творческих сил, и только яблоки придавали мне новую энергию». Все это, конечно, держалось в стороне от наставнических глаз.

Впоследствии Конан Дойл писал жене друга, спросившей у него совета: «Должен сознаться, что я не нахожу систему воспитания в Стонихерсте удачной, и я бы, например, не послал туда своего сына, если бы он у меня был. Они чрезмерно старались воздействовать страхом и слишком мало любовью или разумом».

3 Эдинбургский университет

В октябре 1876 года Артур поступил на медицинский факультет университета в Эдинбурге. Важным аспектом в пользу решения об учебе на медицинском факультете было убеждение о возможности в скором времени помогать семье, положение которой волновало молодого Артура. Университет располагался близко к дому, благодаря чему он жил с родителями, а не в общежитии, что требовало меньших затрат — 50 фунтов вместо 100.

Эдинбургский университет являлся престижным учебным заведением со 150-летней историей. Медицинский факультет был одним из лучших в Англии того времени. Традиционно он отличался блестящей организацией обучения с курсом практических дисциплин в разных специализированных клиниках. В годы студенчества Конан Дойля, на медицинском факультете Эдинбургского университета изучали анатомию, физиологию, медицинскую химию, фармакологию, патологическую анатомию, гинекологию, педиатрию, иммунологию, хирургию, терапию, психиатрию, стоматологию и специальные курсы по гигиене.

Важнейшим этапом становления Конан Дойля как врача и писателя была встреча с профессором Джозефом Беллом. Он был достаточно известен в качестве личного врача королевы Виктории во время ее приездов в Шотландию. Лекции профессора увлекали знаниями, аргументацией, отношениями с пациентами. Вскоре молодой студент получил приглашение от Джозефа Белла, и начал к своему удовольствию у него работать. Он вел картотеку амбулаторных больных, присутствовал при осмотрах. Несомненно, встреча и взаимная симпатия оказала большое влияние на Конан Дойля не только как на врача, но помогла становлению его как писателя. Кстати Джозеф Белл и сам не чужд литературы — писал стихи. Известно со слов писателя, что определенные черты учителя просматриваются в характере Шерлока Холмса.

В 1881 году Конан Дойль окончил университет со степенью бакалавра медицины и магистра хирургии.

4 Портсмут

Весной 1882 года Конан Дойл перебрался в Плимут, где работал совместно с неким Каллингуортом (они познакомились на последних курсах обучения в Эдинбурге). Со временем между бывшими однокурсниками возникли разногласия, после которых Дойл уехал в Портсмут. В июле 1882 года Артур открыл свою первую самостоятельную практику, расположившись в доме за 40 фунтов годовых, которая стала приносить доход только к концу третьего года. Первоначально клиентов не было и поэтому у Дойла появилась возможность посвятить свое свободное время литературе. Он написал несколько рассказов, которые были опубликованы в журнале «London Society» в том же 1882 году.

В марте 1885 года по просьбе доктора Пайса Дойл консультировал Джека Хоукинса. Молодой человек болел менингитом, его состояние было тяжелое, безнадежное. Конан Дойль поместил Хоукинса в свой дом для постоянного ухода за ним, но через несколько дней больной умер. Эта смерть позволила познакомиться с его сестрой Луизой (или Туи) Хоукинс 27 лет, с которой Артур обручился в апреле, а 6 августа 1885 года они поженились. Молодая семья продолжила жить в Портсмуте.

После женитьбы Дойл начал активно заниматься литературой. Он печатался в журнале «Корнхилл». В марте 1886 года Конан Дойл начал писать роман, который привел его к популярности. В апреле он закончил писать произведение, но опубликовать его получилось не сразу. В итоге роман был издан в Beeton’s Christmas Annual (Рождественский еженедельник Битона) за 1887 год под названием Этюд в багровых тонах. Он познакомил читателей с Шерлоком Холмсом и доктором Ватсоном, ставшими вскоре знаменитыми. Отдельным изданием роман вышел в начале 1888 года и был снабжен рисунками отца Артура — Чарльза Дойла.

В январе 1889 года у Артура и Луизы родилась дочь Мэри. В том же году он неожиданно получил приглашение на обед от американского редактора «Липпинкотс мэгэзин» для обсуждения написания еще одного рассказа о Шерлоке Холмсе. Артур встретился с ним, а также познакомился с Оскаром Уайльдом. В итоге в 1890 году в американских и английских выпусках этого журнала появился роман «Знак четырех».

5 Лондон (Норвуд)

К концу 1890 года под влиянием немецкого микробиолога Роберта Коха и еще более Малькольма Роберта, Дойл решил оставить практику в Портсмуте, и поехал вместе с женой в Вену, где хотел специализироваться в офтальмологии, чтобы в дальнейшем найти работу в Лондоне. Проучившись 4 месяца в Вене, Артур уехал в Лондон, где открыл практику на улице Upper Wimpole. Практика успеха не имела, но за то в это время были написаны короткие рассказы о Шерлоке Холмсе для журнала «Стрэнд».

В мае 1891 года Дойл заболел гриппом и находился несколько дней при смерти. Когда он выздоровел, то решил оставить медицинскую практику, и посвятить себя литературе. Это произошло в августе 1891 года. К концу 1891 года Дойл стал очень популярным человеком в связи с появлением шестого рассказа о Шерлоке Холмсе: «Человек с рассеченной губой». Редактор «Стрэнд» в октябре 1891 года запросил еще шесть, соглашаясь на любые условия со стороны автора. Дойл назвал, как ему показалось, такую сумму (50 фунтов), услышав о которой, сделка не должна была состояться, так как он уже не хотел более заниматься этим персонажем. Но к его большому удивлению оказалось, что редакция согласна. И рассказы были написаны.

В ноябре 1892, живя в Норвуде, Луиза родила сына, которого они назвали Аллейн Кингели. В 1892 году журнал «Стрэнд» вновь предлагает написать еще серию рассказов о Шерлоке Холмсе. Дойл в надежде, что журнал откажется выставляет условие — 1000 фунтов и… журнал соглашается. Дойл уже устал от своего героя. Поэтому, когда в начале 1893 года Дойл с женой отправились на отдых в Швейцарию и посетили Райхенбахский водопад, писатель принял решение покончить с этим надоедливым героем. В результате, двадцать тысяч подписчиков отказались от подписки журнала The Strand.

6 Давос, Швейцария

1893 год оказался для Артура Конан Дойля трагическим. Умер его отец — Чарльз Дойл. А затем он узнает то, что у Луизы туберкулез. Супруги отправились в Швейцарию. Хотя Луизе и давали только несколько месяцев, Дойлу удалось оттянуть ее уход из жизни более чем на 10 лет (с 1893 до 1906 года). Они вместе с женой перебрались в Давос, расположенный в Альпах. В Давосе Дойл активно занимался спортом и приступил к написанию рассказов о бригадире Жераре. В Альпах Луизе стало лучше.

Из-за болезни жены Дойл очень тяготится постоянными разъездами, а также тем, что не может жить в Англии. И вот неожиданно он познакомился с Грантом Алленом, который, болея туберкулезом, продолжал жить в Англии. Артур принимает решение продать дом в Норвуде и построить роскошный особняк в Хайндхеде в Суррее.

7 Хайндхед, графство Суррей

В мае 1896 года Дойл вернулся в Англию и обнаружил, что его новый дом все еще не построен. Поэтому он снял другой дом, и все дальнейшее строительство шло под его неусыпным контролем. К лету 1897 года Дойлы поселились в своем собственном доме под названием Андершоу в графстве Суррей, в Хайндхеде, где у писателя на длительное время появляется собственный кабинет, в котором он мог спокойно работать, и именно в нем он приходит к мысли воскресить своего заклятого врага Шерлока Холмса, для поправки своего материального положения, которое несколько ухудшилось в связи с большими затратами на строительство дома. В конце 1897 года он написал пьесу «Шерлок Холмс».

8 Англо-бурская война

Когда в декабре 1899 года начиналась англо-бурская война, Конан Дойл объявил своему семейству, что он идет добровольцем. Не удивительно, что его посчитали непригодным к службе в армии из-за его несколько излишнего веса и сорокалетнего возраста. Поэтому он отправился туда в качестве военного врача. Отплытие в Африку произошло 28 февраля 1900 года. 2 апреля он прибыл на место и разбил полевой госпиталь на 50 мест. Но раненых оказалось во много раз больше. Начались перебои с питьевой водой, приведшие к эпидемии кишечных заболеваний. В день умирало до сотни больных. И это продолжалось в течении 4 недель. Затем последовали бои, позволившие взять верх над бурами, и 11 июля Дойл отплыл обратно в Англию. По возвращении с фронта он составил свой писательский отчет о войне — книгу, которая вызвала широкий отклик в общественном мнении и политических кругах.

В 1902 году король Эдвард VII присвоил рыцарский титул Конан Дойлу за услуги, оказанные Короне во время англо-бурской войны.

9 Кроуборо, графство Сассекс

4 июля 1906 года от туберкулеза скончалась Луиза Дойл. 18 сентября 1907 года Артур женился на Джин Лекки, в которую был влюблен с момента знакомства в 1897 году.

У родителей Джин был дом в Кроуборо — маленьком городке в графстве Сассекс, в 55 километрах южнее Лондона. Молодожены решили поселиться поблизости. Еще до свадьбы они купили в Кроуборо дом под названием «Литтл Уинделшем». Дом в Хайндхеде, напоминавший о смерти, без сожаления продали. Малый Уинделшем стоял на отшибе, в безлюдной местности. Стараниями Конан Дойла он был перестроен, и вскоре эпитет «малый» отпал за ненужностью. Дом стал называться просто «Уинделшем». Он был громадный, со множеством комнат и обилием прислуги. Его центром стала большая продолговатая комната, получившая название Бильярдный зал: если убрать ковры, там могли танцевать 150 пар. У доктора был большой удобный кабинет на первом этаже. В саду построили легкий деревянный домик, где хозяин любил работать в теплое время года; он называл его «своей хижиной». Джин, увлекавшаяся цветоводством, разбила большой прекрасный розарий. Уинделшем стал приютом для Дойла на целых 23 года. Это его самый главный дом. Дольше — и счастливее — он нигде не жил.

Усадьба постоянно была полна гостей. Сами Дойлы по несколько раз на неделе выезжали в Лондон (там у них была квартира около вокзала Виктория, по адресу Букингем-Палас-мэншн, 15).

В новый дом Конан Дойл переехал со своими двумя детьми от первого брака. Однако Мэри, старшую дочь, почти сразу отправили учиться в Дрезден, в музыкальную школу. Впоследствии у Артура и Джин родилось трое детей.

В этом же доме, в Кроуборо, ранним утром 7 июля 1930 года Конан Дойл умер от сердечного приступа. Он был похоронен неподалеку от своего садового домика. На надгробной плите по просьбе вдовы выгравирован рыцарский девиз: Steel True, Blade Straight («Верен как сталь, прям как клинок»).

Источники:

https://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/977213
https://warhead.su/2019/09/27/arkticheskie-priklyucheniya-konan-doyla-kak-avtor-sherloka-holmsa-ohotilsya-na-kitov
https://velojournal.net/cannondale-topstone-carbon-podveska-kingpin-30-mm-shirokie-shiny-i-uyma-krepleniy
https://diletant.media/excursions/35527000/